Аннотация
Шрифт:
— Передай этому вонючему сыну козла и блохастой собаки, что я лично выпущу ему кишки, а тело скормлю диким зверям, если через час он не покинет земель барона, — с мягкой улыбкой на устах вступил в разговор Сотеки.
— Готовьтесь к смерти!
С этими словами степняки пришпорили коней и с выкриками поскакали в сторону лагеря.
Сотеки велел трубить общую тревогу. Над замком раздался заунылый вой рожка, со всех сторон сбегались немногочисленные защитники, на стены поднимались лучники, без лишней суеты деловито прошел мимо барона черный отряд — рабы спешили занять свои места у ворот. Рэквау спешно поднялись на смотровую площадку левой башни. Сотеки достал подзорную трубу. Он видел, как гонцы спешились у шатра куртака и тот же час в сторону крепости с гиканьем, свистом и шумом понеслась небольшая группа всадников. Каждый из них тащил за собой на веревке какой-то куль. Подлетев ко рву они выпустили
— Зика ко мне! — гаркнул исполняющему роль адъютанта Коту Сотеки, быстро сбегая по ступеням вниз. — Седлайте лошадей!
Через минуту из ворот замка вылетели три всадника. Они подскакали к телам, один спешился, двое развернулись в сторону кочевников с натянутыми луками. Почти все кто находился в тот момент не у дел, столпились на замковой стене. Вот Зик, а это был именно он, подхватил одно тело на руки и, перекинув его поперек лошади, легким движением вскочил в седло позади. Так же стремительно всадники вернулись в распахнувшиеся перед ними ворота.
— Знахарку!
К лошади Зика подбежали двое рабов с носилками. Они бережно уложили избитого, оцарапанного мужчину на носилки и бегом понесли его в помещение, рядом с кухней, переделанное под лазарет. Там уже суетилась местная травница со своей ученицей.
Тем временем в лагере началась бурная деятельность. Из близлежащего леса появились нагруженные ветками и жердями женщины и рабы, следом за ними воины тащили уже готовые лестницы и фашины. До самого вечера в лагере наблюдалась деловитая суета. Сотеки приказал готовиться к ночной атаке.
Кочевники напали под утро и совершенно не с той стороны, где их ждали.
— Мой лорд, большой отряд с северной стороны! — К отдыхающему Сотеки подбежал Тар. — У нас трое убитых дозорных! Сняли дальнобойными стрелами. Кочевники уже перебрались через ров! У них камнемет!
Одновременно с ударом на фланг началась атака ворот. Около сорока пеших воинов, укрывшись тяжелыми деревянными щитами, под прикрытием всадников быстрым шагом приближались ко рву напротив крепостных ворот. Они тащили лестницы и большое таранное бревно. Со стен замка вылетели первые стрелы, однако только одна попала в цель — один из всадников свалился с лошади. Обстрел нападающих продолжился, но защитникам явно не хватало опыта и меткости. Зато всадники, вооруженные тяжелыми дальнобойными луками, посылали стрелу за стрелой, не давая возможности воинам замка высунуться из-за стен. А те, кто рискнул, украшали своими телами дно рва. Перелом наступил, когда на стену поднялся Артуари с большим резным луком в руках. Принц, не таясь, встал во весь рост и начал быстро стрелять в нападающих. И ни одна из стрел, ни прошла мимо цели. Конники перенесли на него основной удар, но рэквау стоял словно заговоренный. Стрелы летели мимо. Тем временем нападающие добрались до ворот. И тут же им на головы полетели подожженные пуки соломы и пакли. Рабы, не способные держать в руках оружие и те из женщин, что предпочли остаться и сражаться начали сталкивать сложенные кучами камни и отталкивать длинными баграми лестницы, но, несмотря на потери, часть кочевников смогли прорваться к стенам. Остальные, прикрываясь щитами, пытались тараном выбить железную решетку, защищающую ворота. Артуари закинул за спину лук и вытащил меч. Он оглянулся по сторонам. Как же их мало — всего четырнадцать человек. Основная часть гарнизона отражала атаку с тыла. Воины с суровыми лицами ждали врагов, некоторые молились. И нет никого из тех, кому он мог доверить тайну баярда, так что если его смертельно ранят, шансов на быстрое выздоровление будет мало. Боковым зрением Артуари заметил невысокую тень.
— Миледи, что ты здесь делаешь?
— Я дочь, жена и мать баронов, меня с детства учили воинского искусству, — баронесса Шаранна весело блеснула глазами и надела на голову серебристый шлем, в темноте сверкнули стальные наручи. В тонкой кольчуге до середины бедер, с мечом в одной руке и кинжалом в другой, она смотрелась весьма воинственно. — Лучше умереть в бою, чем попасть в руки степняков!
Артуари наклонился, крепко поцеловал баронессу в губы, затем отсалютовал очаровательной воительнице мечом и тут на стене появился первый кочевник, который был сброшен обратно сильным пинком ноги, но уже без головы.
— Их всего лишь трое на одного! Тому, кто свалит больше всех врагов и не будет ранен — золотой! Порадуем миледи Смерть, воины!
А дальше началась карусель боя. Артуари отбивался, уворачивался от стрел, прикрывал Шаранну, которая вполне сносно владела мечом, и при этом
успевал отдавать приказы. Всю стену удержать им было не под силу и несколько степняков прорвались во двор, но там их встретили рабы. Кочевников было много, слишком много для горстки молодых воинов, самый опытный из которых всего год как служил в дружине барона. Их спас Денск с алхимическими шарами. Первый взрыв разметал нападающих у ворот, несколько шаров барон прикрепил к стрелам, которые метко послал в самую гущу нападавших конников. Это и решило исход сражения. Еще десять минут на стенах звенели мечи и раздавались крики сражающихся, но постепенно и они стихали. Тяжело дышащий барон Денск стряхнул с меча кровь и неверяще оглянулся по сторонам.— Мы живы? Мы живы! Яресса. ты ранена?
Артуари склонился над Шаранной, женщина сидела, прислонившись спиной к стене, одна рука лежала неподвижно вдоль тела, а второй она зажимала рану на бедре. Принц потянулся за кинжалом, несмотря на слабые протесты баронессы, разрезал пропитанную кровью штанину. Режущий удар рассек мышцы до кости, задев артерию. Еще немного и женщина истечет кровью. Артуари протянул руку за настойкой, на секунду задержал ладонь над бутылочкой, но потом все-таки вытащил пробку. Одна капля на рану и кровотечение остановилось.
— Нужно немедленно отнести ярессу в мои покои. — Несколько мужчин из тех, что пришли с Денском подхватили Шаранну на руки. И только после того как они скрылись на лестнице, рэквау спросил. — Как дела у Сотеки?
— Мы продержались. Много раненых. Их всех сейчас смотрят князь с травницей. Твой брат не пострадал. И знаешь, мне кажется, он счастлив. — Задумчиво добавил барон.
— Еще бы! — фыркнул Артуари, протирая клинок.
— Степняки смогли притащить с собой камнемет, и он изрядно попортил мне стену, прежде чем мы его взорвали, но небольшой отряд успел прорваться внутрь, милорд Сотеки один убил больше кочевников чем все остальные воины! — В голосе барона слышался восторг. — Он сражался как древний демон. Его скорость просто невероятна! Никогда еще такого не видел и вряд ли уже увижу. Не удивлюсь, если через некоторое время услышу балладу о подвигах милорда.
— Да, он такой, весь в нашего дядю. Тот даже специально ходит в другие миры, чтобы поохотиться на монстров. Совершенно бесшабашные вояки.
— Это кого ты назвал воякой? — Сотеки крепко обнял брата. — Я рад, что ты не ранен. Какие потери?
Артуари безразлично пожал плечами, отодвигаясь от перепачканного кровью Тени. Сам он умудрился остаться практически чистым.
— Тарен!
— Ты повысил раба до полного имени? — с любопытством поинтересовался Артуари у брата.
— Он сегодня заслужил это. Отличный воин. Тарен, собери командиров. Мне нужно точно знать, сколько боеспособных воинов в моем распоряжении. Всех раненых отправь в лазарет. Скажи князю Сэмуилу, что я прошу осмотреть в первую очередь воинов. Тех, кого он не сможет исцелить, положите в отдельную комнату, я подойду через полчаса и возможно смогу помочь некоторым из них. И пошли кого-нибудь сообщить ярессе Эноре об исходе сражения. Только предупреди, чтобы осторожно, а то кто его знает, что там придумал наш неугомонный ашга. Ты сам-то не ранен?
— Никак нет, мой лорд. Когда-то я оказал услугу магу и он укрепил мои кости и кожу каким-то специальным заклинанием. С тех пор меня тяжело проткнуть.
— Отличное качество. Выставь на башнях дозорных, прикажи кухарке подать воинам горячее и пусть все свободные рабы начинают восстанавливать стену. Все. Жду доклад.
— Да, мой лорд!
— И еще, — остановил готового бежать воина Артуари, — пошли Жанета, он прячется с женщинами, проверить, кто из наших рабов пострадал. — Он, недовольно осмотрел порванную рубашку. — Мне нужно переодеться. Пришли ко мне Торику!
Тарен поклонился и бегом бросился исполнять распоряжения милордов.
— Яр князь-маг!
— Иду!
Сэмуил грустно улыбнулся. Яр князь-маг, придумали же! Барон не счел нужным скрывать кто такой его новый гость и как только местные узнали, что он маг, да еще и истинный его стали называть яр маг и почтительно, с некоторой острасткой, кланяться еще издали, что очень напрягало парня, не привыкшего к подобным почестям. Вот и сейчас посетитель еще издали начал заискивающе склонять голову. Высокий бородатый крестьянин, в забрызганной кровью серой рубахе держал на руках тельце худенького ребенка, лет пяти не больше. Белокурые волосы малыша спеклись с одной стороны от крови. Он тряпичной куклой лежал на руках мужчины и Сэм подумал, что этому уже ничего не поможет, но ребенок слабо застонал, сцепленные в кулачок пальцы разжались и на пол выпала какая-то блестящая безделица. Сэм наклонился и поднял перстень. Печатка. Золотой дракон на красном фоне. Красивая. Сэмуил автоматически сунул перстень в карман и повернулся к мужику.