Чтение онлайн

– Если ты занята, то я скажу, чтобы вышли на связь часа через три, - сказала Тиффани.

– Нет, всё в порядке, - ответила я, - сейчас подойду.

Я сняла фартук, отряхнула стружки и пошла в радиорубку, Тиффани кивнула мне на микрофон.

– Главный на связи, приём, - сказала я.

– Это хорошо, - услышала я, - мне очень нужно встретиться с вами.

– На предмет?
– спросила я.

– Есть важный разговор, касается детей, которых вы подобрали в дороге.

– Да?
– я несколько удивлённо посмотрела на радиостанцию.
– Сколько вас всего?

– Пятеро, - последовал ответ.

– А уполномоченных на переговоры?

– Двое. Я и наш адвокат.

– Вот вы и ваш адвокат пусть заезжают

по ущелью. До встречи, - сказала я и выключила рацию. Потом посмотрела на Тиффани.
– Что скажешь?

– Не знаю...
– пожала та плечами.
– Но если судить по голосу - проходимец.

– Вот и я так думаю, - вздохнула я и поглядела на девушку: - Как чувствуешь себя?

Тиффани погладила свой выпирающий животик.

– Пока всё нормально, - сказала она.
– Но надо будет к сроку поехать в Демидовск. Там, я слышала, организовали роддом для рожениц. Очень хороший роддом и специалисты классные. Одна Боцманша чего стоит.

– Кто?!
– изумилась я.

– Здоровенная такая еврейка, похожа на Сашку по габаритам, но работает не инженером, а акушером. Слышала разговоры, что она - лучший акушер на Новой Земле. К ней даже из Порто-Франко летали рожать через весь материк.

Нашу беседу прервал телефонный звонок.

– Командир, - сказал "истинный ариец" Генрих, - тут к тебе какие-то перцы рвутся.

– Двое?
– спросила я.
– Запускай, они ко мне, поговорить.

Встретила я их на автостоянке. Изрядно потрёпанный лендровер "второй свежести", то есть, битый в хлам и потом восстановленный, выехал из туннеля и остановился около меня. Оттуда вылезли два еврея, одетые в типично классические одежды, тоже изрядно потрёпанные. Один здоровый как бык, в углу левого глаза я заметила американскую тюремную наколку: две слезы. "Не фига себе!" - подумала я. Хороший адвокат! Спец по уголовным делам? Второй длинный, худой, нечистоплотный, обшлага лапсердака засалены, весь в каких-то крошках, впечатление такое, что в помойке извалялся и даже толком не очистился. Пускать такую публику в пещеры? Нет уж, обойдутся. Я коротко, по-офицерски, поклонилась, не подавая руки:

– Приветствую!
– и открыла дверь КУНГа: - Прошу, разговаривать будем здесь.

 Длинный попробовал было возмутиться, но я его оборвала:

 -Разговор нужен вам, я могу вообще не разговаривать. Или здесь говорим, или уезжайте.

 Поджав губы, длинный вошёл в КУНГ, американский уголовник попытался войти следом, но я жестом его остановила и указала на машину, а потом забралась в КУНГ и закрыла дверь. Внутри длинный с немалым интересом осматривал внутренности. Разные приборы, оружие. Рация, радары, пеленгаторы, пара компов, оружие. Длинный даже протянул к одной из винтовок руки, но я хлестнула по ним тростью:

 -Не лапай! Разрешение спрашивать надо!

 Поставив на откидной столик пепельницу, я достала сигару и закурила. Длинный поморщился:

 -А можно не курить?

 -Можно и не разговаривать, - спокойно отозвалась я.
– О чём хотел говорить? Излагай!

 Длинный разразился речью. Это был гениальный оратор. Его речь блистала сравнениями, цитатами из Торы, ссылками на еврейские обычаи, отсылками к законам Израиля, Америки, нескольких европейских стран и Марокко. Когда он закончил, я несколько раз хлопнула в ладоши:

 -Браво! То есть, ты хочешь, чтобы я ради детей отказалась от опекунства, а ты, по доброте душевной, так и быть, возьмёшь это на себя. Я правильно поняла?

 -Ну да!
– Длинный снял шляпу, обнажив плешь, рукавом вытер пот со лба.

 -Знаешь, я не могу так с ходу принять решение, - с большим сожалением сказала я.
– Надо всё обдумать, посоветоваться с соратниками, мнение самих ребят спросить. В общем, приезжай через два, а лучше через три месяца. Тогда я и расскажу о том решении, что мы выработаем.

 Длинный побагровел,

он понял, что я над ним издеваюсь. Но, виде перед собой девчонку лет пятнадцати, не удержался он попытки давления и угрозы:

 -Девочка, ты нарываешься на неприятности...

 -Дядя, а ты слишком много внимания уделяешь внешнему виду, - отпарировала я.
– И считаешь глупее себя. Никогда так не делай, не убедившись в этом. Кстати, погибший ашкенази, его жена тоже, а ты сефард . Каким чудом?

 Длинный побелел и привстал сунув руку в карман лапсердака. Пистолет? Возможно, какой-нибудь дерринджер, но скорее раскладной нож, идеально для мелких жуликов и уголовников. Я достала пистолет маузер и нагло улыбнулась. Длинный вынул руку из кармана и спросил:

 -Откуда ты знаешь столько про евреев?

 -Природное любопытство, - ответила я.
– Просто было интересно.

 -Но ты зря мне отказала, - угрожающе сказал Длинный.
– Ой зря! В этом деле заинтересованы очень серьёзные люди. Очень. И если они шевельнут пальчиком - тебя раздавят в пыль!

 -Я уже отписалась со страху, - ответила я.
– Слушай сюда, дурачок. Во-первых, и ты, и твои "очень серьёзные люди", обитают в Зионе и окрестностях. Правильно? Во-вторых, здесь не Зион и его предместья, здесь пограничье ПРА, Бразилии и Американской Конфедерации, несколько тысяч километров от Зиона. В-третьих, серьёзные люди так просто не нападают с бухты барахты. Они сначала проводят разведку, изучают противника, его сильные и слабые стороны. Это только такие придурки как ты, кидаются вперёд, ничего не зная о противнике. Вот, скажем, что ты знаешь обо мне? Например, ты знаешь, что я выиграла осенью соревнования по стрельбе из пистолетов в Аламо? А то, что мы разгромили перед твоим приездом бандитский городишко? Во-о-от, вместо того, чтобы поговорить с окрестными фермерами, ты примчался вешать мне лапшу на уши.

 Взгляд Длинного был полон презрения и пренебрежения. Мол, молоти ересь дурочка. Ну не воспринимает он меня серьёзно, слишком внешний вид дезориентирует. Наверное, чтобы к моим словам прислушались, надо выглядеть не девчонкой пятнадцати лет, а свирепым мужиком лет сорока. Впрочем, есть такие, которых нужно по башке всё время дубиной бить, иначе они быстро всё забывают.

 Можно было бы на пальцах объяснить идиотику, что в своём Зионе эти "очень серьёзные люди", где у них всё схвачено, являются серьёзными, а в том же Форт-Линкольне они уже никто. А в случае моего визита, этим "очень серьёзным людям" лучше самим вешаться. Никакая охрана не поможет, никакие связи не спасут. Две недели... нет, десять дней мне вполне достаточно. Неделя наблюдений и составления плана с вариантами, а потом три дня действий.

 Но нет, магия внешнего вида действует несокрушимо. Этот мелкий жулик вряд ли меня бы прежнюю серьёзно воспринял. Ну не ассоциируется у такого женщина с чем-то опасным. Тем более, я нынешняя. Какая-то девчонка несёт какой-то бред... Даже сделай я что-нибудь этакое, Длинный бы не поверил своим глазам. Ну не может девчонка что-то серьёзное и опасное предпринять! Если я не ошибаюсь, то скоро придётся ему убедиться в обратном.

 Накаркала.

 Едва мы вышли из КУНГа, как внезапно выбежали мои еврейчики. Стоящий возле машины уголовник прыгнул и схватил Мазаль. Я выхватила ТТ, но Длинный заслонил его и поднял руки:

 -Один момент, покажи правую руку!
– Над его плечом появилась рука с НАЖАТОЙ кнопкой на пульте.
– А теперь садись в машину и открой багажник.

 Бандит зашвырнул девочку в салон и сел сам. Длинный открыл багажник. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что багажник забит взрывчаткой.

 -Так мы едем, - сказал Длинный.

 -Езжайте!
– кивнула я.

 -Скажи своим, чтобы открыли решётку!
– сказал Длинный.

 Я подняла трубку телефона и по всем подземельям разнёсся мой голос: