Алёна
Шрифт:
– Что " впереди"?
– не понял ребёнок.
– Лечение, милый мой, лечение.
– То есть…это… ещё не насовсем?
– побледнел Эдди. Ему было жутко вернуться в царство тьмы хотя бы не минуту.
– Да нет, что ты, что ты!
– испугалась его реакции Алёна.
– Я же об…остальном. Там так быстро не вылечишь.
– Я знаю. Врачи сказали, что вообще… Но и про зрение они говорили тоже самое. А ты… вылечишь?
– Конечно. Только, чтобы быстрее было, придётся мне помогать.
– Всё, что надо, что скажешь…
– Во - первых, слушаться.
– Буду. А ты красивая. Не случайно
– Во-вторых не трепаться… Нет, это он так придумал, чтобы тебя вчера успокоить.
– Ну, для моего отца ты действительно совсем ещё дитё…
– Прекратили!
– Слушаюсь, мэм!
В это время в комнату пришёл Дик с кофе и булочками на подносе.
– Решил сам. Слуги здесь надёжные, но бережёного… Какие планы?
– поинтересовался он, отхлёбывая из своей чашки.
– Мне надо спать и набираться сил. Со спиной Эдди будет непросто.
– А как отец? Вы ему уже сказали?
– Твой воздушный волк принимает утреннюю ванну. Я пока ему ничего не говорил, но подготовлю. А Вам, сеньорита, пока лучше выйти. Ну, на пару минут. Два таких потрясения одновременно он может не выдержать.
– Это кто? Мой отец может не выдержать? Да плохо вы все его знаете!
– заступился сын.
– Вот как? Тогда сидите. Я через минуту буду.
И действительно, через минуту две в комнату зашёл хмурый Кондор. Трудно сказать, что он думал увидеть и чего "приятного" ждал от уцелевшего подручного босса. Но, увидев, воскресшую девушку он вначале крепко сомкнул, можно сказать сжал, глаза, потом вновь открыл. Да, перед ним сидела та самая фея и даже в том самом костюме, в котором приняла вчера смерть.
– Ты… Вы… - подался вперёд пилот. Задрожавшей рукой он очень осторожно прикоснулся к челке девушки, затем дотронулся одним пальцем до щеки.
– Щекотно, - отклонилась Алёна.
– Ты… Ты! Ты!!!
– закричал Кондор. Потом он, словно обезумевший, схватил девушку в охапку и закружил по комнате, но вдруг остановился, усадил в кресло и упав на колени, протянул к ней руки.
– Я же думал… Но я же видел! Скажи… скажи, что это ты!
– Да я это, я…- улыбалась, тронутая такой реакцией Алена.
Пилот закрыл глаза и всё так же, на коленях, начал шептать благодарственную молитву.
– Эээ, вижу я, что наврал Дики. Вижу, чья она девушка, - подал голос Эд.
– Ты… здесь? Но почему?
– повернулся к Роберту вертолётчик.
– Ну, после твоего подвига ребёнком могли заинтересоваться… уцелевшие…
– А ты, пап, и не изменился за эти годы.
– Чего это ты… Господи! Да что же это?
– Кондор метнулся к сыну и стал жадно разглядывать его глаза.
– Ты… ты…
– Да вижу я, папка! Вон, брился и порезался. А вон - седина. Тогда ещё не было.
– Господи… Господи… Господи… - только и повторял отец, не вникая в слова ребёнка.
– Но как? Но почему? Ведь… Ведь… Господи!
– Это она. Твоя девушка. За одну ночь! Правда, Дик говорит, что она - его девушка…
– Его девушка?!
– рассеянно переспросил Кондор.
– Его девушка… Это - Вы? Это как же? Ведь я…я… Господи!
– Ну, если сейчас и этот разрыдается - подал голос Дик, - то и я не удержусь. А у меня дела. Поэтому разрешите пока отлучится. Кондор, послушай. Да приди ты
в себя, в конце концов! Ещё не хэппи энд! Сейчас Стелла будет отдыхать. Я уезжаю. Займись ребёнком. Особенно перед прислугой не мелькай. Ты, в конце концов, меня слышишь? Ладно. А ты Эдди, говорил… В общем, когда твой герой очухается, передай мою просьбу.– Как же это всё… Я же видел… А у Эдди это в впрямь… - пробормотал Кондор, когда Роберт вышел.
– Я не знаю как, Кондор…
– Папу зовут Григ, - встрял Эдуард, прижимаясь к отцовой всё- же мокрой щеке.
– Это, Григорий, что - ли?
– уточнила Алена.
– Нет, просто Григ.
– Причуда матери. Она очень любила музыку Грига, вот и назвала.
– Вы из хорошей семьи.
– Из "плохих семей" в лётные училища не прорвёшься, - усмехнулся Григ - Кондор.
– О, у меня дед был…- начал было ребёнок.
– Подожди, дорогой. Дед подождёт. А я вот могу с ним очень быстро встретиться, если не узнаю, что произошло. Я же сам видел…
– Вы видели немного раньше и другое. И своими глазами, а?
– Но я думал… Я боялся смотреть… тогда. А здесь всё так неожиданно и я своими глазами…
– Всё, проехали. Главное - я жива. А он - уже нет.
– Ну, мне Шлёма это доложил…
– Он не Шлёма и он с нами.
– Даже так… А что с сыном?
– Вылечила. Сегодня ночью.
– Да, па, она обещает и… всё остальное вылечить.
– Это правда?
– прошептал, застыв в диком напряжении, Григ.
– Да, правда… - просто ответила Алёна. Тогда пилот вскочил и выбежал из комнаты.
– Нет, нервишки у него расшатались - прокомментировал сын.
– Но ты его прости. Ты не представляешь, что… он… со мной… Он же… знаешь… только со мной… Из рейса - и ко мне… А я злой был… болело всё… И темно… Потом притерпелся… А он с лайнера на эту вертушку, чтобы… - сбивчиво защищал своего отца Эдуард. И давился слезами жалости за своего Грига.
– Перестань. Ты можешь гордится своим Кондором!
– успокоила его Алена.
– Но ты, всё- таки, не его девушка?
– Но ты уже задрал! Я же сказала - нет!
– Ну и слава Богу!
– А ты, всё же, эгоист. Ох, и хлебнёт ещё с тобой твой папка.
– Пусть маму не забывает!
– Ну, пусть делает, что хочет. А мне вообще- то надо поспать.
Но уснуть сразу не удалось. Всё ещё не уехавший Ричард потребовал список, кому передать средства от реализации камней.
– У меня тоже есть дело, Стелла. По поводу… - покосился вошедший Кондор на Ричарда, - по поводу твоего багажа из джунглей.
– Да, золото!
– спохватилась девушка.
– Ричард, и его надо тоже, как и те камни. Там, Фернандо на свадьбу, Умайте на новую фазенду, соседям… Я вот посплю и составлю список.
– Хорошо, только…
– Да?
– Фернандо…
– Что Фернандо?
– охрипшим вдруг голосом переспросила Алёна.
– Нет Фернандо.
– Не можешь найти?
– Но ты уже поняла сама… Его нашли в трюме баркаса… Он там почти с момента, как из тюрьмы выпустили… Пытали…
– Нет, но нет же! Но неправда же! Господи, но нет же! Ты это сейчас придумал? Ты давно знал? И ничего не рассказал? Нет, и ничего не сделал?
– девушка собираясь с мыслями, и не ждала ответов на свои вопросы.