Алекс
Шрифт:
Названные три курсанта быстро выбрались из толпы и исчезли за дверью командного центра. Спустя три минуты они вышли из него, держа в руках конверты с направлением. Лица их были удручающими.
– Куда?
– спросило сразу несколько голосов.
– В "Бежевую группировку". На "Синицу".
Все этим троим посочувствовали. "Бежевая группировка", да и вообще все цветастые ходили только на устаревших, изношенных судах и занимались тыловым сопровождением грузов. Назначение туда было почти что наказанием.
Опечаленная троица ушла заливать свое горе, а бородатый капитан вызвал следующих трех курсантов.
Где-то через полчаса
– Куда?
– спросил он, едва близняшки подошли.
– Флот пятой действующие армии, авианосец "Пингвин", - хлюпнув носом, сообщила Аня.
– У-у, а почему так расстроены? Это же здорово, на тыловых развалюхах служить не придется.
– Ага, - еще раз шмыгнули носом девушки, еле сдерживая рыдания.
– А сам-то..., сам... на "Могучий" пойдешь. А мы так просили, так просили.... Это..., это не... честно... Ы-ы-ы-ы-ы-ы, - в голос разревелись девушки.
Алекс совершенно растерялся. Девушки уткнулись ему в плечо и слезы потекли ручьем. Он не знал что делать - первый раз попал в подобную ситуацию. По идее их бы следовало, как-нибудь успокоить, но как именно он себе этого не представлял. Люди вокруг чуть расступились, но не сказали не единого слова в насмешку, за что Алекс был им благодарен.
Наконец, близняшки кое-как успокоились, вытерли влажные глаза и щеки. Подошел Ксиу, до этого деликатно стоявший в сторонке. Надо полагать, что это зрелище он вытерпел с большим трудом. Сестры вяло ему улыбнулись.
– У нас билет на сегодняшнее число, - успеем.
Снова на крыльце центра появился бородатый капитан и вызвал на комиссию следующую тройку:
– Дмитрий Кишинев, Ганс Ульман и Ксиу Тапиока....
– Это меня, - воспрянул Ксиу. Он продрался через толпу и скрылся за массивной бронзовой дверью.
За первый час работы комиссии направление получили примерно треть курсантов. Многие, приобретя на руки конверты с билетами ушли собирать вещи, другие, у тех, у кого было еще в запасе сутки-двое, поехали в город, чтобы напоследок расслабиться и отдохнуть. Кто-то из девушек тихо плакал в сторонке - видно получила плохое направление или просто переживала предстоящую разлуку с любимым человеком. Романы в академии вспыхивали повсеместно и частенько они заканчивались венчанием в ближайшей церкви. Руководство на эти случаи смотрело сквозь пальцы, ведь невесту сразу после церемонии комиссовали, а жениху увеличивали срок службы в три раза, и тому оставалось только напрячься в службе и учебе и постараться выбиться в офицерский состав. Там и жалование побольше и риска для жизни чуть-чуть меньше. Семью-то надо было кормить. Неудивительно, что некоторые особи женского пола специально шли в военные академии в поисках перспективных женихов.
Скоро вышел счастливый Ксиу. Его физиономия прямо таки светилась и улыбалась во все тридцать два зуба. Вокруг его шеи был намотан синий шелковый шарф, а в руках, помимо направления, были новые погоны. Его проводили завистливыми взглядами.
– Младшего лейтенанта дали за отличную учебу, - довольно сообщил он, когда подошел. И продемонстрировал иссиня-черные погоны с двумя звездочками и полоской посередине.
– А куда направили?
– поинтересовался Алекс.
– Флот второй армии, на линкор "Могучий", вместе будем служить.
–
Сам напросился?– скрипнули зубами близняшки.
– Да, - подтвердил Ксиу, совершенно забыв о настроении сестер.
– Это мы еще посмотрим, будете ли вы вместе служить или нет. Может Алекс пойдет к нам на "Пингвин". Может он к нам напросится?! Ведь так, Алекс, ты попросишься на "Пингвин"?
– девушки прильнули к Алексу и стали поглаживать его мускулистую грудь.
– А помнишь парк у госпиталя? Помнишь, как нам всем было хорошо? И ты хочешь сбежать от этого?
Это был натуральный женский шантаж. Алекс остолбенел от такой неприкрытой сексуальной атаки . А услышавшие это курсанты разулыбались - история уже давно гудела по академии и каждый раз она пересказывалась все с новыми и новыми дополнениями.
– Я.... Я..., да мне..., - попытался, что ни будь придумать Алекс.
– Согласен?
– поднажали девушки.
– Согласен, да?
– Э-э..., ну как бы это сказать.... В общем, на линкоре служил мой отец и я э-э....
Алекс покраснел, и девушки все поняли. Они шмыгнули носами, насупились и отвернулись. Затем обе достали кружевные платочки и чтобы не расплакаться опять при всех быстренько убежали.
– Ну вот, обиделись, - резюмировал расстроенный Алекс. Ему очень не хотелось, чтобы этот последний день прошел на такой трагической ноте.
– А я уж испугался, что они тебя уговорят, - подал голос Ксиу.
– Сильно они тебя в оборот взяли.
Алекс растерянно кивнул. Сестры довольно скоро пробежали сквозь поредевшую толпу курсантов и скрылись за ближайшим углом.
– Слушай, Ксиу, - обратился он к другу.
– А почему ты напросился на "Могучий"? Ведь мог уйти на "Пингвин" следом за ними. Сам же говорил, что они тебе нравятся. Воспользовался бы ситуацией.
Ксиу чуть улыбнулся и охотно пояснил:
– Без толку. Там, кроме тебя они ни чем больше и думать не будут. Я лучше рядом с тобой на "Могучем" буду. А там глядишь, девчонки переведутся со своего "Пингвина" на твой линкор, а тут я. Может и мне чуть внимания перепадет. А может даже и не чуть, а целая половина.
Тем временем комиссия раздавала направления на прохождение практики с увеличившейся скоростью. Вызванные курсанты теперь заходили по пять человек и уже через две минуты они выходили обратно. Видимо люди, рассматривавшие дела, уже изрядно устали и решили как можно быстрее раздать все конверты.
Наконец, настал момент, когда Алекс услышал свое имя. Он быстро пробрался через сокурсников и вместе с другими четырьмя парнями зашел за тяжелую бронзовую дверь.
Комиссия, как, оказалось, состояла из пяти человек - начальника летной академии техник-майора Рабиновича, пожилого майора Стельмаха, того самого старичка, что проводил минитурнир, еще одного майора и двух дам среднего возраста в звании капитана. Этих двух особ Алекс видел впервые.
Курсанты строем подошли к их столу, и началось:
– Имя, фамилия?
– без эмоций спросил Рабинович у первого.
– Иосиф Яковкач.
– Так-с, Яковкач, - начальнику академии подсунули личное дело курсанта.
– Оценки у вас по теории хорошие, летная практика тоже без троек. Замечаний и наказаний за время обучения у вас не было. Это хорошо.... А что скажет командир?
Находившийся здесь же командир взвода сообщил, что у него замечаний к этому курсанту нет, и Яковкачу не церемонясь дали направление на один из крейсеров действующей армии.