Адептка
Шрифт:
– Ты уверена?
– нахмурился наследник.
– Я проверю по документам приемной комиссии, - сказал Вирилит, - это займет много времени. Но рано или поздно мы всех опознаем поименно. Если они, конечно, пробовали к нам поступить.
– Я уверена, - подтвердила я свои слова.
– Понимаете, все бедняки вчера жались в одну кучу и были в стороне от аристократов. Даже Рем, мой новый знакомый. Хоть и он держался отдельно ото всех, но стоял все же с бедняками. Аристократы просто не стали бы мириться, если бы они встали рядом. Их начали бы гнобить, и, если б они не ушли в сторону, был бы скандал.
– К сожалению, это так, - кивнул Кенисвиль, - адепты
– Значит, они где-то еще украли одаренных. Думаю, это результат одного и того же ритуала по отъему дара, - медленно проговорила я.
– Иначе не понимаю, зачем их было мучить?
– А что для того, чтобы забрать дар, надо обязательно искалечить одаренного?
– кронпринц холодно смотрел на меня.
– А еще интересно узнать, откуда ты это знаешь, Тень?
И тут я вспомнила, что не рассказывала ему о девушке, с которой мы провели обряд прямо в замке Морулуса пару лет назад. Про себя я чертыхнулась.
– Наверное, забыла тебе сказать, - очень аккуратно я начала.
– Я не встречала описания ритуала, клянусь. Но когда следила за Малумом, то случайно услышала от него фразу, что одаренный сам должен отказаться от дара. Добровольно отдать его и умереть. Я только сейчас вспомнила об этом. И подумала, что мучают их для того, чтоб им расхотелось жить. Ведь человек, который хочет жить, не может отдать магию. Ведь без нее он просто сойдет с ума или умрет.
– Понятно, - наследник все еще сверлил меня подозрительным взглядом.
Но меня от дальнейших расспросов спас ректор.
– Лу, возвращайтесь в Академию. Вам нечего тут делать. Это вообще была плохая идея привести вас сюда, - Вирилит открыл мне портал.
– А по-моему, хорошая. Вон какие подробности выясняются, - зло проговорил уже мне в спину кронпринца.
Я не стала ничего отвечать, просто отправилась порталом в свою комнату, где почти сразу забылась беспокойным сном.
***
Следующий выходной, который был последним перед началом учебного года, я посвятила ничего неделанью. Сначала повалялась в кровати, а потом долго гоняла чаи с Санни. После вчерашних событий настроения не было никакого.
Кстати, я рассказала своей помощнице, что произошло. Воспоминания о бедных подростках вызвали слезы на моих глазах. Я долго пыталась их сдержать. Но когда с Санни с какой-то материнской заботой, сказала, что не стоит держать все в себе и выпустить пар, не сдержалась. Зарыдала так, как никогда в жизни, а моя подруга только обняла меня и, поглаживая по спине, приговаривала, что сильные тоже плачут. Так я вывалила на нее все свои переживания о попавших под влияние Уутракта бедняках.
На этом месте разговора из спальни вышел бледный Рем. Оказалось, он услышал обрывки нашего разговора, поэтому не стал стесняться и просто подслушивал.
Он повел себя неожиданно. Подошел ко мне, обнял по-дружески и сказал тихое "спасибо". Он понял, что не оплати я ему обучение, тоже, скорее всего, попался бы на удочку Малума, согласился бы переместиться с ним в новую, никому неизвестную школу, и к этому времени уже погиб бы мучительной смертью.
Так мы провели почти весь день. А к вечеру я опомнилась. У Рема, как оказалось, почти не было никаких вещей и денег. Ведь он был сиротой,
жил с теткой, которая выгнала его из дома при первой же возможности. Он, как настоящий мужчина, хотел справиться со всеми своими проблемами сам. Но я настояла, что мне нужно, чтобы он презентабельно выглядел, и уговорила его сходить купить пару костюмов и необходимые для учебы письменные принадлежности нормального качества. Я корила себя, что не подумала об этом раньше. Но что сделано, то сделано. Ничего не исправишь, и мы, на ночь глядя, пошли в город, стараясь в закрывающихся лавках найти хоть что-то более-менее подходящие парню на первое время.Много времени это не заняло, и мы решили еще заглянуть в кафе и попить кофе со сладеньким. Новый друг, конечно, сопротивлялся сначала. Он не хотел тратить наши с Санни деньги и рвался назад в Академию. Но куда ему, хиленькому подростку, справиться с двумя женщинами, жаждущими пироженку. Так что вечер мы заканчивали в уютной обстановке кафе.
Но спокойно посидеть нам не дали. Рядом со мной открылся портал и вышел кронпринц.
– Ну, наконец-то. Что тебе в Академии не сидится?
– недовольно проворчал прибывший мужчина, хватая меня за руку и пытаясь утащить в портал.
– У меня другой вопрос. Как ты меня вообще нашел? Опять какую-то следилку поставил?
– начала злиться я.
– Вообще-то значок Академии, который ты уже два дня носишь на груди, показывает при надобности твое местонахождение. Мне, правда, чтобы его узнать пришлось к ректору обращаться.
Я мысленно сделала пометку, что в случае моих "нелегальных" вылазок его надо будет обязательно снимать. А то, как нацепила его еще позавчера при оформлении на лацкан своей куртки, так и забыла про него.
Больше не сопротивляясь, я быстро пробормотала прощальные слова ребятам. Рем, кстати, при виде принца приобрел дурацкий благоговейно-ошарашенный вид. Санни же никаких чувств при виде коронованной особы не проявила.
Быстро войдя в портал, я подумала, что, наверное, сейчас состоится отработка моего долга, и меня потащат на свидание. Но ошиблась. Мы вышли в какой-то темной каменной пещере, которую принц скупо осветил, зажгя магический светильник.
– Пора и мне выполнить свое обещание, - холодно проговорил он.
– Сегодня у тебя будет шанс пройти испытание и стать демонологом. Но прежде. У тебя точно нет больше информации по Малуму? Тебе нечего мне больше рассказать?
– Нет.
Несколько секунд Тенебрис в упор смотрел на меня. По его лицу казалось, что он борется с самим собой.
– Ты уверена? — уже мягким тоном произнес он, - ты можешь погибнуть.
– Семи смертям не бывать, а одной не миновать, - весело проговорила я в ответ известную русскую поговорку.
Тен проникновенно смотрел на меня, будто стараясь запомнить. А потом нежно, почти невесомо поцеловал меня в губы.
– Удачи тебе. Береги себя.
После этого он неожиданно вогнал непонятно откуда взявшийся в его руке ритуальный кинжал мне в сердце.
Глава 6
– Просыпайся, любимая!
– нежный мужской голос прошептал мне в самое ушко, приятно щекоча область шеи за ним.
Я почувствовала себя в кольце крепких, надежных рук. А показатель, что для владельца этих рук я, если не любима, то хотя бы желанна, упирался мне в бедро. Я сладко потянулась, развернулась лицом к мужчине и только потом открыла глаза.
Секундное удивление. Рядом со мной лежал Тенебрис. Немного взлохмаченный, но красивый, как бог. Он улыбнулся и легонько прикоснулся к моим губам своими.