Адепт
Шрифт:
— Так в чем проблема? — удивился демон. — Давай завтра отправимся в город! Ведь давно уже там не были, да и вольницам не следует лежать без дела.
— Нет, Хор, поход в Кальсот мне не поможет.
— А что, думаешь, там не найдется твоего нового любимого занятия?
— Уверен в этом.
— Так с кем же ты побратался? И чего от тебя требует кровь брата? — спросила Киса.
Я уже придумал достаточно разумное объяснение и вполне убедительно ответил:
— С гномом. А, как вы сами понимаете, никаких гор в округе нет, а шахт — и подавно. Так что мне остается только сцепить зубы и потерпеть. И не волнуйтесь, больше так я срываться не буду, но если вдруг покажусь вам злым и раздражительным, то сразу говорите, чтобы я мог взять себя в руки. Ладно?
Друзья заверили, что
Пытаясь отвлечься, я опять с головой нырнул в учебу, сосредоточившись на стихийной магии. Видя мою настойчивость, Ралин решил пойти мне навстречу. Как-то на одном из занятий он сказал:
— К сожалению, ты так и не научился воздействовать на стихии напрямую. Скажу тебе честно, если бы ты был моим обычным адептом, я давно бы предложил организовать твой переход на любой другой факультет. Но так как ты занимаешься факультативно и не желаешь сдаваться, то попробуем пропустить этот шаг и перейти к слиянию. Если ты еще помнишь основные категории, то знаешь, что слияние — это полное погружение сознания мага в определенную стихию, которая позволяет ему оперировать ей, как своим собственным телом. Однако прежде чем перейти к попыткам, я обязан спросить — ты действительно этого хочешь?
— Да.
— Не стоит так спешить с ответом. Дело в том, что для тебя риск очень велик. Слиянию начинают обучаться лишь адепты четвертого курса, которые прошли долгую предварительную подготовку. Ты же так и не научился воздействовать на стихии сознанием, а значит, вполне можешь не удержать контроль и раствориться в них, в итоге полностью лишившись разума. А после этого Фалиано мне однозначно не скажет «спасибо», так что подумай еще раз — хочешь ли ты обучаться дальше? Поверь, никто тебя не осудит, если ты откажешься.
Я задумался, а мастер не стал мешать моим размышлениям. Перебрав в памяти все известные знания о слиянии, я сделал вывод, что ничем особенным оно мне не грозит. Ведь в нем главное — не потерять ощущение собственного «я» и в результате получить контроль над стихией. Практика у меня уже есть — благодаря клятве верности и способностям вожака я мог управлять одновременно почти сотней разумных существ. Не думаю, что управление стихией окажется сложнее. Да и потом, мое сознание в любой момент может подстраховать Темнота, которая не даст мне «раствориться», так что риск вообще сводится к минимуму. Придя к такому выводу, я заявил:
— Я хочу попробовать.
Мой ответ совсем не удовлетворил мастера, но он не стал меня отговаривать, а принес большую жаровню с несколькими сухими поленьями и подпалил их огненным шаром. Древесина быстро занялась, и вскоре маленький костерок стал весело потрескивать прямо у моих ног.
— Вглядись в огонь! — приказал Ралин. — Попробуй увидеть его сущность, попробуй почувствовать его силу, попробуй мысленно проникнуть в него.
Я вглядывался в язычки пламени, видел искры, чувствовал жар, но проникнуть мысленно в его сущность у меня никак не получалось. Снова и снова, до боли в глазах я напрягался, стараясь мысленно отделиться от тела и войти в этот сгусток энергии. Нет, мне без проблем удавалось посмотреть на это со стороны, увидеть костер магическим зрением, но это все было совсем не то, что нужно. Я не мог в прямом смысле войти в него, а оставался лишь наблюдателем. А мастер продолжал гипнотизировать меня своим голосом:
— Войди в него, ощути себя огнем, повелевай пламенем, почувствуй его!
Я старался изо всех сил, но результатов, которые описывались во многочисленных учебниках, все не было. Когда дрова прогорели, Ралин на миг прикрыл глаза и порыв ветра выдул вон весь пепел и угольки. Я не
смог заметить никакого плетения и не ощутил никакого тока силы, поэтому понял, что мастер только что продемонстрировал мне возможности практического применения слияния.— Не расстраивайся, — мягко сказал он, поднимая опустевшую жаровню. — Мало у кого слияние получается с первой попытки.
— А почему вы начали именно с огня, а не с воздуха, например? — поинтересовался я.
— Потому что именно эта стихия считается наиболее легкой для освоения. Далее следует вода, земля, ну а подчинить себе стихию воздуха для разума одаренного наиболее проблематично. Это во многом связано с теми ощущениями, которые испытывает маг в момент слияния. Но, если хочешь, в следующий раз мы можем попробовать с водой.
— Нет, давайте, я еще попытаюсь с огнем, а потом уже посмотрим.
К следующему занятию я готовился основательно. Перечитал кучу литературы, выданной Бреннаром, и даже посоветовался с подругой, но так ничего внятного от нее не добился, кроме совета не опускать руки. Как будто я сам этого не понимал! Но в итоге все оказалось напрасно — огонь так и остался для меня безжизненным сгустком энергии. Я перепробовал все рекомендации, обнаруженные в литературе, старался следовать указаниям Ралина, но результатов все не было.
Может, меня смущало то, что описания самого процесса слияния так и не были подведены к какому-нибудь единому знаменателю и все маги-стихийники в своих работах рассказывали о том, что чувствовали сами, и какие приемы использовали для этого. А, как я подозревал, все их ощущения основывались лишь на работе подсознания, которое могло выдавать им любые образы, совсем не связанные с реальностью. И поэтому одному магу для слияния нужно было обжечь руку пламенем, так как боль облегчала проникновения в суть стихии, а другой вызывал из памяти воспоминания о пожаре, в котором чудом уцелел, и благодаря страху получал необходимый контроль. Я же не мог никак подобрать ключик к этому состоянию и продолжал наобум перебирать описанные методики, смутно опасаясь того, что даже если и выберу правильную, то все равно не смогу распознать ее с первого раза.
В общем, мастер в тот день так и не дождался от меня никаких прорывов, но все равно не показал своего разочарования:
— Алекс, лишь немногие маги могут качественно работать со всеми четырьмя стихиями. Наверное, тебе просто не подвластен огонь, поэтому не стоит концентрироваться на одном тупиковом направлении. В следующий раз выберем воду и попробуем с ней.
К новому занятию я готовился так же тщательно, а когда в назначенное время пришел на стихийный факультет, Ралин вместо того, чтобы принести тазик с водой и начать новый сеанс гипноза, велел следовать за ним. Мастер не стал пользоваться порталом, а просто вышел на улицу и направился к воротам. Там он сделал отметку в книге дежурного и вместе со мной покинул стены Академии. Я не требовал пояснений и молча следовал за своим учителем, который направился не по дороге, ведущей в город, а свернул на едва приметную тропинку, спускавшуюся с холма и скрывавшуюся в ближайшей роще. Вскоре наша прогулка окончилась у небольшого рукотворного родничка, который наверняка брал свое начало из того же подземного источника, что питал колодцы Академии. Небольшая струйка воды вытекала из каменной глыбы с аккуратным отверстием и нишей посередине, падала на камни и превращалась в небольшой ручеек, который устремлялся дальше в лес.
— Сядь у родника, — приказал мастер. — Смотри на воду, расслабься и постарайся уловить ощущение текучести, постарайся стать со стихией одним целым, постарайся ее почувствовать…
Я вглядывался в струйку воды, блестевшую в лучах солнца, и пробовал поймать нужное ощущение. Если бы я знал, что именно должно было получиться, наверное, у меня бы давно появились результаты, но ведь дело было в том, что финальная стадия описывалась настолько общими словами, что я никак не мог ухватить ее суть. Это как с обучением в драконьем гнезде — Мудрейшая десятки раз подробно объясняла мне, как нужно закрывать свои мысли, а в результате я научился этому абсолютно случайно. Именно поэтому я покорно следовал советам Ралина, но сам в глубине души понимал, что это не поможет.