Проверка на прочность

Если тебя из ночи в ночь корёжат злые сны,

Если движенья нет в реале и мало новизны...

Значит, пора собираться в поход, да!

Ждёт на плацу давно испытанный взвод, да!

Ярость атак и безысходность потерь, да!

Впереди битва веков,

Не уйти тебе от судьбы,

И разносит пепел врагов,

Ветер Войны,

Ветер Войны,

Ветер Войны!

Путь всех солдат непрост, его не каждый смог пройти,

Тяжесть брони и пыль дорог не каждый перенести...

Кучей бабла друзей уже не вернуть, да!

Ложь и обман,

похоже, в этом вся суть, да!

Жизнь и не жизнь - повсюду замкнутый круг, да!

Впереди битва веков,

Не уйти тебе от судьбы,

И разносит пепел врагов,

Ветер Войны,

Ветер Войны,

Ветер Войны!

Слова участников проекта "Ветер Войны",

Музыка группы "Wagner" www.wagnerband.ru

 Мрежевые поленья жарко потрескивали в костре. Большая кованая тренога, раскорячившись над огнем держала на закопченных цепях вместительный котел. В нем негромко похлюпывала пшенная каша с кусками свежего мяса. Аромат от котла шел такой, что у ребят аж дух захватывало. Они сидели на походных ковриках, из только что вошедшего в моду "руна". С густым и плотным ворсом подложка прекрасно изолировал прохладу от остывающей ночью земли.

Им не было холодно. Весна выдалась на удивление теплой, и вот уже первая седмица первого летнего месяца заканчивалась. А пуще костра, и даже пуще вот-вот поспевающей каши, грели души отроков рассказы деда Артая. Две дюжины любопытных глаз жадно сверлили старика и одиннадцать чутких ушей внимали его сказкам. Одиннадцать... да, ибо у бедного Хвала не было одного уха - до того на колядах заигрался, что и шапку потерял и ухо отморозил.

– Так вот...
– проворчал Артай, помешивая кашу и щурясь от дыма, - у ту пору, всяк из роду нашего мог в волка обернуться...

– Когда захочет?

– Цыц тебе, старших перебивать, - дед нахмурил брови, - Все у тебя Всеволод слово поперек думки наровит выскочить, аки ляд [1] пред волхвом. 

Отроки сдержанно захихикали.

– А чего ты томишь, дед Артай, - парень не растерялся, и смело глянул в глаза рассказчику.

– Смел ты больно не по годам, - старик закончил кашеварить.
– Вот дать бы тебе по лбу...
– он замахнулся деревянным черпаком, - да у тебя батька на то есть. Вона я ему и обскажу, какой ты плут. Снимайте котел - готово!

Парни ловко убрали котел с огня, водрузили его на деревянную колоду. Дед Артай первым извлек ложку и зачерпнул каши. Старик торжественно поднес ее ко рту, пофукал и отведал. Отроки, глотая слюну, ждали своей очереди, пожирая глазами Артая.

– Вкусна каша, - крякнул дед, давая отмашку молодежи.

А те и не заставили себя долго ждать. Вмиг шесть рук устремились к еде. Старик степенно черпал кашу, да следил, чтоб у кого ложка не мелькала быстрее прочих. Торопливость в еде в роду Волковых приравнивалась к жадности, а за это тут же можно было схлопотать по лоб. Ели молча. Парням не терпелось поскорее покончить с трапезой, да вновь услышать сказки деда Артая. А тот лукаво поглядывал на волковскую поросль, да ухмылялся в усы - растут пострелята.

Наконец, ложки начисто облизанные, были спрятаны, и по кругу пошла большая фляга с травяным духмяным квасом.

– Фу, - старик оттер пот со лба, - так на чем это я остановился?

– На оборотнях...
– подсказал одноухий Хвал.

– Да... так вот, стало быть. В нашем роде исстари, много-много веков тому...

– Еще до прихода руссов?

– Ну Всеволод дождешься

ты у меня, - пригрозил старик отроку, за его скорый язык, - до руссов еще далече было... У нашего рода - волк священный зверь. Бережет он наш род и силу дает. Потому как бог наш - Роднават и есть волк!

– Деда Артай, а Перун, Велес?
– осмелился спросить Остей, самый младший из всех.

– То тоже верные боги, - ответил старик, - только после они были. Когда роды наши с руссами накрепко породнились...

Парни понимающее закачали головами. Оно как иначе. Перун седоусый - великий воин. А еще Сварог...

– У рода медведя лесного, воины оборачивались в медведя, и так каждый род, у своего хозяина-покровителя силу брал. Но давно это было. Ноне не всякий воин силу свою разумеет, а которому и дадено богами та сила, то управиться с ней не может. Еще мой дед говорил, что он сам мог в волка обернуться, когда пожелает. А ноне...
– Артай махнул рукой.

– И ты не можешь?
– вопросил Всеволод.

– Не могу, - пожал плечами старик.
– Не каждому дана сила зверя. Потому быть берсеркером - почетно.

Парни, услыхав новое словечко, вытянули шеи вперед.

– Так руссы прозвали наших лесных воинов. Как обернуться они в волка, медведя, или в тура, так нет с ними сладу. Огонь их не жжет, железо не рубит - вот как!

– И что убить его не можно?

– От чего...
– дед отпил квасу.
– Всякое живое существо жизни лишить возможно. На то способов и уловок разных несчесть. Только воина-оборотня... берсеркера стало быть убить не просто.

– Хочу быть берсеком!
– вскочил Остей и принялся скакать возле костра.
– Вот я вам, вороги!

Парни дружно хохотнули, и тут же поддержали забаву.

– Я вот тебе сейчас задам... Берсерк сопливый!

– Я тоже буду воином волков! Ау-ууу.

– Ату их!

– Воины вперед! Волки!

– Перун с нами!

Моментально были расхватаны все мало-мальски пригодные сучки и палки, и вокруг стоянки пошла потеха.

– Руби его!

– Слева заходи! Ай...

– Не уйдешь...

– Я - оборотень! Я - волк!

– Ау-ууу...

Дед Артай расплылся в улыбке.

– Вот вертихвосты... ну-ну...

Он пристально следил за их забавой, оценивая каждого в отдельности. Многолетний опыт родового пестуна подсказывал ему практически безошибочно, из кого выйдет толк на ратном поле, кому дорога в мастеровые, а кому суждено перебирать бумажки в казенных домах. Но чем мог гордиться и пестун, и весь род Волковых, последних в их роду не было. Почитай вся молодежь попадала исключительно в княжеские дружины. Волковых знали!

Страшный взрыв потряс ночную тишину, раскинувшуюся над Ельницкими верфями, и к черному небу взметнулись клубы огня, а затем и дыма. Протяжно взвыли сирены тревоги, вспыхнули прожекторы, залившие ярким светом территорию верфей, загудели открывающиеся ворота ангаров. По территории забегали рабочие люди, служащие верфей и сторожа [2] . Все устремились к горевшим докам, где, на стапелях стоял недостроенный броненосец "Яробой". Противопожарные самоходы, отбивая тревожный набат, рванули к полыхающим докам. Друг за другом последовали еще три взрыва меньшей мощности, добавляя еще больше суматохи и неразберихи.