Лермонтов Михаил Юрьевич список книг

ЖАНРЫ

Поделиться с друзьями:

Лермонтов Михаил Юрьевич

Рейтинг
9.34
Пол
мужской
Годы творчества
1828—1841
Лермонтов Михаил Юрьевич
9.34 + -

рейтинг автора

Биография

ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич (1814, Москва – 1841, подножие горы Машук, близ Пятигорска; похоронен в с. Тарханы Пензенской губ.), русский поэт.

Мать Лермонтова, богатая наследница М. М. Арсеньева, вышла замуж за бедного армейского капитана Ю. П. Лермонтова и вскоре умерла. Бабушка поэта Е. А. Арсеньева отстранила отца от воспитания сына, что тяжело сказалось на формировании личности будущего поэта. Лермонтов получил домашнее образование в имении бабушки Тарханы, но всегда помнил своего отца, культ которого и романтическая трактовка семейного конфликта отразились в его творчестве (драмы «Menschen und Leidenschaften» («Люди и страсти»), 1830; «Странный человек», 1831). Поездки в детстве на Кавказ (1820, 1825) также повлияли на его ранние произведения. В 1828–30 гг. Лермонтов учился в Московском университетском благородном пансионе, в 1830–32 гг. – в Московском ун те на нравственно политическом, а затем на словесном отделении. С 1828 г. начинаются систематические занятия поэзией, отразившие увлечение романтической литературой России и Западной Европы (Дж. Г. Байрон, А.С. Пушкин и др.). Пережитые в 1830–32 гг. любовные романы становятся материалом для исповедальных циклов, где конкретные обстоятельства являются формой воплощения традиционных романтических конфликтов. Романтические поэмы: подражательные «Черкесы» (1828) и профессиональные «Измаил бей», «Литвинки» (обе – 1832) отразили усвоение жанрового канона байроново пушкинской поэмы.

К началу 1830 х гг. у Лермонтова сформировались две темы, два образа, которые впоследствии прошли через всё его творчество и отразили как его собственные представления о своей личности, так и две модели жизненного поведения. С одной стороны, это Демон, отверженный миром и Богом и сам проклявший мир и Бога и потому избравший зло как орудие мести всему миру (1 я ред. поэмы «Демон», «Мой демон», оба – 1829; «Смерть» («Оборвана цепь жизни молодой…»), «Романс» («Хоть бегут по струнам моим звуки веселья…») (оба – 1830); «Мой демон», «Я не для ангелов и рая…», оба – 1831). С другой стороны, это Мцыри, человек, безвинно обречённый на страдание, но рвущийся к свободе и естественной гармонии (поэма «Исповедь», 1831; «Отрывок» («На жизнь надеяться страшась…»), «Эпитафия» («Простосердечный сын свободы…»), все – 1830; «Блистая, пробегают облака…», 1831; «Эпитафия» («Прости! Увидимся ль мы снова?..»), 1832).

В 1832 г. поэт переезжает в Санкт Петербург и поступает в Школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, откуда в 1834 г. был выпущен корнетом лейб гвардии Гусарского полка. В это время работает над ультраромантическим романом «Вадим» (не закончен), историческим фоном которого служит восстание Е. Пугачёва. «Демоническая» линия продолжается и в неоконченном романе из современной жизни «Княгиня Лиговская» (1836), и в драме «Маскарад» (1835–36). К началу 1837 г. Лермонтов ещё совершенно не известен публике: многочисленные стихотворения («Ангел», 1831; «Русалка», 1832; «Умирающий гладиатор», 1836; поэма «Боярин Орша», 1835–36) в печать не отданы, романы не закончены, «Маскарад» не пропущен цензурой, единственная опубликованная поэма «Хаджи Абрек» (1834) не была замечена читателями и критиками. Главным в лирике становится изображение истории жизни лирического героя: судьбы одного человека («Нередко люди и бранили…», «1831 го июня 11 дня», оба – 1830) или жизни героя и судьбы поколения («Монолог», 1829; «Он был рождён для счастья, для надежд…», 1832). Идеалы лирического героя не ясны для него самого («Я жить хочу! Хочу печали…», «Парус», оба – 1832).
С написанием стихотворения «Смерть поэта» (1837) – отклика на последнюю дуэль А. С. Пушкина, к Лермонтову приходит слава наследника поэта предшественника: стихотворение широко распространяется в списках, получает высокую оценку литераторов пушкинского круга и рядовых читателей, заключительные строки с резкими выпадами против высшей аристократии вызывают гнев Николая I. В феврале Лермонтов был арестован и переведён прапорщиком в Нижегородский драгунский полк на Кавказ. Ссылка продлилась до октября 1837 г.: поэт изъездил Кавказ, побывал в Тифлисе, лечился на водах (здесь произошло его знакомство со ссыльными декабристами, в т. ч. с поэтом А. И. Одоевским, а также с В. Г. Белинским). Публикация в 1837 г. стихотворения «Бородино» упрочила славу поэта. С апреля 1838 г. по апрель 1840 г. Лермонтов служит в лейб гвардии Гусарском полку. В это время устанавливаются связи с пушкинским кругом писателей и А. А. Краевским (поэт систематически сотрудничает в его журнале «Отечественные записки »). Лермонтов входит в аристократический «кружок шестнадцати», члены которого фрондировали правительство.
В зрелой лирике поэт обобщает и преодолевает прежний опыт. Здесь так же изображается одиночество героя («Я не хочу, чтоб свет узнал…», 1837; «И скучно, и грустно», 1840), так же сопоставляются судьба человека и судьба поколения («Дума», 1838); любовь так же понимается как страдание («Утёс», «Они любили друг друга так долго и нежно…», оба – 1841); так же не ясны положительные идеалы («Выхожу один я на дорогу…», 1841). Но Лермонтов преодолевает демонизм раннего творчества, изображая слияние человека с миром природы («Когда волнуется желтеющая нива…», 1837; «Из Гёте» («Горные вершины…»), 1840) и любовь как мистическое слияние душ («На севере диком стоит одиноко…», «Сон», оба – 1841). Он показывает возможность соединения своего героя с миром людей в религии («Молитва», 1837; «Молитва», 1839) и с социальным миром людей («Родина», 1841). Гармония жизни обретается в народной культуре («Казачья колыбельная песня», 1838), в чувствах ребёнка («Как часто пёстрою толпою окружён…», 1840) или человека, близкого к детскому мировосприятию («Памяти А. И. О<доевского>», 1839; <М. А. Щербатовой>, 1840).
Осознавая новый путь, Лермонтов пишет поэтические декларации о разрыве с прошлым («Не верь себе», 1839; «<Из альбома С. Н. Карамзиной>» («Любил и я в былые годы…»), 1841). О новом пути свидетельствует появление «объективной» манеры и ролевой лирики («<Валерик>» («Я к вам пишу случайно; право…»), «Завещание», оба – 1840). Поэт ищет гармонию в эпическом прошлом: в «Песне про царя Ивана Васильевича…» (1837) демонический герой опричник Кирибеевич терпит моральное поражение от хранителя нравственных устоев Калашникова (тип Мцыри). Но мотивы богоборчества («Благодарность», 1840) и невозможности разделённой любви («Три пальмы», 1839; «Утёс», «Тамара», «Листок», «Морская царевна», все – 1841) до конца так и не были преодолены. Поэмы «Демон» (последняя ред. 1839) и «Мцыри» (1839) подводят итог идеологических исканий Лермонтова.
В 1838–40 гг. написан роман «Герой нашего времени»: составившие его повести и рассказы первоначально печатались в «Отечественных записках» как отдельные произведения. В романе исследуется феномен современного человека – Печорина, оценка которого всё время меняется при сопоставлении с разными персонажами. В «Бэле» показано превосходство своеволия «естественных» людей – горцев перед своеволием «цивилизованного» Печорина. В «Максиме Максимыче» в сравнении людей дворянского общества – раздвоенного Печорина и цельного Максима Максимыча – видно превосходство первого, поскольку оно обеспечено сознательным отношением к современности. В «Тамани» мы видим вынужденную цель авантюризма контрабандистов и бесцельность авантюризма скучающего от безделья Печорина, который теперь, таким образом, проигрывает. Но в «Княжне Мери» подлинность душевной жизни Печорина ставит его выше представителей «водяного» общества, душевная жизнь у которых фактически отсутствует. Наконец, в «Фаталисте» сравнение Печорина и Вулича служит формой объективизации субъективного опыта главного героя. Смена рассказчиков в романе знаменует разные степени раскрытия внутреннего мира героя. Сначала о герое говорит мало понимающий его Максим Максимыч («Бэла»), потом впервые увидевший его автор («Максим Максимыч»). Сам Печорин выступает сначала как автор воспоминаний («Тамань»), потом как автор подённых записок («Княжна Мери»), что отражает разные степени подробности в описании внутреннего мира героя. В «Фаталисте» Печорин впервые рассказывает не о себе, а о другом человеке. Нарушая в сюжетной последовательности событий в романе фабульную, реальную их последовательность, Лермонтов показывает, что его герой не меняется под воздействием совершаемых событий.
Появление в 1840 г. отдельного издания «Героя нашего времени» и единственного прижизненного сборника «Стихотворения М. Лермонтова» («Мцыри», «Песня про царя Ивана Васильевича…», 26 стихотворений) стало важнейшим литературным событием, вызвало критическую полемику, статьи В. Г. Белинского. За дуэль с сыном французского посла Э. де Барантом в марте 1840 г. Лермонтов был арестован и переведён в Тенгинский пехотный полк. Он отбыл на Кавказ, где принимал участие в боевых действиях (сражение на речке Валерик описано в стихотворении «Я к вам пишу случайно, право…»). С февраля по апрель 1841 г. Лермонтов жил в Санкт Петербурге, вращался в литературных и светских кругах, думал об отставке и литературной деятельности. Возвращаясь на Кавказ, Лермонтов задержался в Пятигорске для лечения на минеральных водах. Случайная ссора с соучеником по юнкерской школе Н. С. Мартыновым привела к дуэли и гибели поэта.

Взято из "Энциклопедия «Литература и язык" Издательство "Росмэн"

Книги автора:

Без серии

[4.0 рейтинг книги]
[9.2 рейтинг книги]
[9.3 рейтинг книги]
[9.2 рейтинг книги]
[6.9 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[7.3 рейтинг книги]
[7.0 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[7.1 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
Комментарии:
ПОПУЛЯРНЫЕ КНИГИ
Сеульский Подражатель
5.00
рейтинг книги
Слабость волной прокатилась по всему телу, силы медленно его покидали под воздействием лекарств. Мысли путались, и он скоро уснул. День за днем он проводил в полной темноте, пытаясь вспомнить, что с ним случилось, но безуспешно. У него на теле были ожоги, глаза совсем ничего не видели, и одна сторона…
Вечный. Книга IV
5.00
рейтинг книги
Серия:
#4 Вечный
— Эльтар, какого хрена происходит?! — послал я мысль Вечному. — Шейд, прости, не было времени дожидаться, когда ты вернёшься. Я собрал братьев, до кого сумел дотянуться, и этого достаточно для того, чтобы освободить Анику. А делать это нужно быстро. Для неё нашли покупателя, и он уже в пути. Я ведь…
Звездная кровь – 8. Истинный
5.00
рейтинг книги
Серия:
Стеллар
Поле Остановленного Времени — мощная стазисная ловушка, надежно прикрывало нижний этаж с Саркофагами, и отключить его снаружи не представлялось возможным. Управляющий контур находился внутри, а до этого любой живой или мертвый предмет застывал на границе. Абсолютно непроницаемая штука, потому что каким-то…
Андер Арес
5.00
рейтинг книги
— «Меня что, в какую-то лабораторию упрятали? Органы? Вирусы? Эксперименты?» — мне стало страшно, и я стал лихорадочно искать выход. Стоило мне развернуть голову, как я увидел небольшое окно. — «Если не смогу найти другого выхода, то, вроде бы, должен смочь в него пролезть. Главное, чтобы высота была…
Кодекс Охотника. Книга XIV
5.00
рейтинг книги
Единичная активация Скверны в Тибете меня сначала сильно напрягла, затем удивила. Никогда за всю историю не было так, что Скверна активировалась в одном месте. Она активировалась сразу во всём мире. Это означало, что вторжение началось. Здесь же это было похоже на какой-то сбой. Что-то мне подсказывает,…
Ветер перемен
5.00
рейтинг книги
— Куда уж яснее! — вскинул руками Лопухин в примирительном жесте. И в темпе ретировался, поняв, что сострадания у царя не дождется, а вот тумаков… Царевич весь разговор сидел молча. Пил кофе. В этот раз сваренный по-турецки. Крепкий, черный, горький. — Нет ты видел? Видел? — спросил Петр…
Бюро магической статистики. Рудник
5.00
рейтинг книги
Вранье наверняка. Но иногда в это верится. – Простите, рена, я не знаю вашего имени… Взгляд женщины чуточку потеплел. Ей было откровенно скучно на вокзале, а тут намечается нечто любопытное? – Рена Шаллер, Мария Шаллер. А вы, рента? – Элисон Баррет, рена. Я рада знакомству. – Я тоже рада. Что…
Наследие Маозари 7
5.00
рейтинг книги
— Вот жешь дрянь аристократическая! — выругался тощий. — А ты куда смотришь?! Почему не стрелял?! — вызверился он на тучного. — Да она даже не мелькала в окне! — возмущённо ответил полный мужчина, целясь из ружья в то окно, из которого вылетел шар заклинания. — Всё!.. Закончили!.. Хватит и этого…
Древесный маг Орловского княжества 4
5.00
рейтинг книги
Двинули неспешно под козырёк из низких крон втроём. Я, Пересвет и Дарья. Последняя напросилась–таки, деловая. На изумрудный щит магички я и не рассчитывал, у меня серьга Бронислава на груди висит, которая шкуру уплотняет и щитки из мёртвого дерева я нарастил мелкой чешуёй под одеждой. Что до витязя,…
Бандит 2
5.73
рейтинг книги
— В конце концов, я же маг — седой бородач тоже улыбнулся, довольно осклабился. Он был уже пьян. Это вино имело странное свойство: тому, кто его пил, казалось, что он трезв и прозрачен, как хрустальная пластина, ни одного пятнышка мути. Но если встать — ноги откажутся идти. Да и язык развязывает — что…
Вперед в прошлое 10
5.00
рейтинг книги
На улице в темноте показались силуэты членов нашей банды. — Не все, — сказал я, улыбнувшись, и кивнул на окно, где мы отражались. — Вон они. Плюс там мой брат, Ян Каретников и Алиса Микова. Они поучаствуют в нашем мероприятии и уйдут. Еленочка качнула головой. — Этого, конечно, нельзя, но вы такой…
Деревенщина в Пекине
5.00
рейтинг книги
Серия:
#1 Пекин
Как-то это странно. Неужели простушка Ванг Ксу так сильно вскружила парню голову? — Да что с тобой не так? — мужчина схватил сына за плечи и встряхнул. — Дочь председателя — очень красивая. Вечно во всякие салоны красоты ходит и не в какой-то дыре вроде нашей деревни! Они и в Пекин, и в Шанхай самолётом…
Кодекс Охотника. Книга XVII
5.00
рейтинг книги
А вот с темными богами все было просто… по морде… желательно, тяжелым молотом, чтобы наверняка. Там скорость все решала, иначе они смогут прокачаться. Как получилось с Неназываемым. Волк, видя, что я потерян для общества, решил уйти по своим делам, а дел тут реально много. Ему еще надо всю добычу перебрать…
На границе империй. Том 2
7.35
рейтинг книги
— Показывай что у тебя — сказал он сходу. — У меня много. — Вначале вот это — и стал выкладывать из рюкзака на пассажирское сидение аэробайка бластеры и игольники. — Откуда столько? Это же? Оно же современное? Ты что станционников положил? — Хуже. — Куда уж хуже? Что… Он замолчал на полуслове.…