Кольцов Михаил Ефимович
Биография
Михаил Ефимович Кольцов (настоящая фамилия — Фридлянд; 31 мая 1898, Киев — 2 февраля 1940 (по другой версии - 4 апреля 1942), Москва) — советский публицист, журналист, писатель.
Михаил Фридлянд родился 31 мая (12 июня) 1898 г. в Киеве. Родители — Фридлянд Ефим Моисеевич (1860—1945), ремесленник-обувщик, и Рахиль Савельевна (1880—1969). После переезда родителей в Белосток учился в реальном училище, где вместе с младшим братом Борисом издавали рукописный школьный журнал: брат (будущий художник и карикатурист Борис Ефимов) иллюстрировал издание, а Михаил — редактировал.
В 1915 г. поступил в Психоневрологический институт в Петрограде. Печататься в газетах начал с 1916 г.
Активный участник Февральской и Октябрьской революций. С начала 1917 сотрудничал в петроградских журналах. В феврале 1917 в брошюре "Как Россия освободилась" под псевдонимом Мих. Ефимович восторженно оценил создание Временного правительства и роль А. Ф. Керенского.
Член РКП(б) с 1918 г. (с рекомендацией А.В.Луначарского), в том же году заявил о выходе из партии, открытым письмом в «Киногазете» объясняя, что ему не по пути с советской властью и её комиссарами, однако в конце того же года оказывается в занятом германскими войсками Киеве в составе советской дипломатической миссии.
В начале 1918 возглавлял группу кинохроники Наркомата просвещения. С 1919 служил в Красной Армии, сотрудничал в одесских газетах и в киевской армейской газете «Красная Армия». С 1920 работал в отделе печати Наркомата иностранных дел. Специальный корреспондент ряда периодических изданий, в том числе газеты «Правда» (1922-1938). Много работал в жанре политического фельетона. Часто выступал с сатирическими материалами и был самым известным журналистом СССР. Основатель и редактор журнала "Огонёк", редактор журнала "За рубежом", член редколлегии «Правды», руководитель Журнально-газетного объединения. Создатель сатирического журнала «Крокодил». Создатель и бессменный главный редактор юмористического журнала «Чудак», в котором вёл постоянную рубрику "Календарь Чудака".
В бытность редактором «Огонька» (1927) придумал и реализовал практически уникальный литературный проект — создание коллективного романа-буриме «Большие пожары». 25 писателей и журналистов (в том числе и сам Кольцов) последовательно пишут по одной главе, которые тут же печатаются в журнале. Роман получился интересный, однако, для того исторического периода нежизнеспособный. Нетрудно догадаться, что в случае ареста хотя бы одного участника роман издаваться не будет. Репрессировано оказалось шестеро, поэтому отдельной книгой «Большие пожары» вышли только в 2009 году.
Руководитель иностранного отдела в Союзе писателей СССР. Посетил многие страны мира, из них некоторые - нелегально. Делегат международных конгрессов в защиту культуры в Париже (1935) и в Барселоне (1937, руководитель советской делегации). С 1938 - депутат Верховного Совета РСФСР. В 1938 году сессия Академии Наук СССР избрала Михаила Кольцова членом-корреспондентом, хотя он не имел высшего образования.
Кольцов написал около 2000 газетных статей на актуальные темы внутренней и внешней политики. С 1928 по 1936 трижды выходили многотомные собрания его сочинений.
Он показал себя мастером фельетона, образного, сжатого, за¬хватывающего стиля, который иронией, па¬радоксами и гиперболами блестяще усили¬вал политическую направленность его произведений.
Под видом корреспондента «Правды» был направлен в Испанию во время Гражданской войны 1936-1939 гг., где был негласным политическим и военным советником Коминтерна при республиканском правительстве[источник не указан 633 дня]. Написал книгу "Испанский дневник" (1938), где о легальной части своей работы рассказал от первого лица, а о тайной - от имени Мигеля Мартинеса. Проводя линию Сталина в международном рабочем движении, участвовал в тайных операциях противтроцкистской Рабочей партии марксистского единства (ПОУМ), в публикациях дискредитировал троцкистов, обвиняя их в т.ч. в том, что они находятся на службе у Фаланги и фашизма. В романе Э. Хемингуэя "По ком звонит колокол" М.Кольцов выведен под именем Каркова, причастного к деятельности спецслужб.
В 1938 он был отозван из Испании и в ночь с 12 на 13 декабря того же года арестован в редакции газеты "Правда". Жена наркома Ежова — Евгения была редактором «Иллюстрированной газеты», и Кольцов, как член редколлегии и часто главный редактор «Правды», встречался с ней. Однажды нарком Ежов даже принимал Кольцова вместе с Бабелем на своей даче. На очной ставке с Кольцовым теперь уже бывший нарком Ежов показал: «Я понял, что Ежова связана с Кольцовым по шпионской работе в пользу Англии». Как и другие, Кольцов не выдержал пыток и сам оговорил более семидесяти участников «заговора».
Как рассказывал Константин Симонов в "Глазами человека моего поколения": "В сорок девятом году, когда мы ездили с первой делегацией деятелей советской культуры в Китай, Фадеев руководителем делегации, а я его заместителем, как-то поздно вечером в Пекине в гостинице Фадеев в минуту откровенности — а надо сказать, что на такие темы, как эта, он редко говорил, очень редко, со мной, пожалуй, только трижды — он после того, как я, не помню, по какому поводу, заговорил о Кольцове и о том, что так до сих пор и не верится, что с ним могло произойти то, что произошло, сказал мне, что он, Фадеев, тогда же, через неделю или две после ареста Кольцова, написал короткую записку Сталину о том, что многие писатели, коммунисты и беспартийные, не могут поверить в виновность Кольцова и сам он, Фадеев, тоже не может в это поверить, считает нужным сообщить об этом широко распространенном впечатлении от происшедшего в литературных кругах Сталину и просит принять его. Через некоторое время Сталин принял Фадеева. — Значит, вы не верите в то, что Кольцов виноват? — спросил его Сталин. Фадеев сказал, что ему не верится в это, не хочется в это верить. — А я, думаете, верил, мне, думаете, хотелось верить? Не хотелось, но пришлось поверить. После этих слов Сталин вызвал Поскребышева и приказал дать Фадееву почитать то, что для него отложено. — Пойдите, почитайте, потом зайдете ко мне, скажете о своем впечатлении, — так сказал ему Сталин, так это у меня осталось в памяти из разговора с Фадеевым. Фадеев пошел вместе с Поскребышевым в другую комнату, сел за стол, перед ним положили две папки показаний Кольцова. Показания, по словам Фадеева, были ужасные, с признаниями в связи с троцкистами, с поумовцами. — И вообще чего там только не было написано, — горько махнул рукой Фадеев, видимо, как я понял, не желая касаться каких-то персональных подробностей. — Читал и не верил своим глазам. Когда посмотрел все это, меня еще раз вызвали к Сталину, и он спросил меня: — Ну как, теперь приходится верить? — Приходится, — сказал Фадеев. — Если будут спрашивать люди, которым нужно дать ответ, можете сказать им о том, что вы знаете сами, — заключил Сталин и с этим отпустил Фадеева".
1 февраля 1940 г. Кольцов был приговорён к смертной казни по обвинению в шпионаже.
По официальной версии М.Кольцов расстрелян в феврале 1940 г., в справочниках 1960-1970-х гг. — указывался 1942 и 1938 г. В1954 реабилитирован.
С 1956 года произведения М. Кольцова вновь широко издавались в СССР.